Реалистический роман "Проза будней"

Глава седьмая


     У Федора Неодимовича был скверный характер.

     Вот он как-то идет по улице, да и показал язык Никите Аристофановичу.

     Никита Аристофанович сильно обиделся. Сел на лавочку и заплакал. А Федор Неодимович все равно сел напротив и опять Никите Аристофановичу язык показал.

     Тогда Никита Аристофанович пошел и застрелился. Идет обратно — а там стоит Федор Неодимович. И опять язык показывает. Тогда Никита Аристофанович очень сильно обиделся. Сел на лавочку и плачет. Говорит, я тридцать лет этой отраслью руководил, а ты мне язык показываешь, говорит.

     А у Федора Неодимовича был очень скверный характер. Он снова спереди забежал и показал язык Никите Аристофановичу.

     Никита Аристофанович рассердился, убил Федора Неодимовича, а тело спрятал. Не успел спрятать, подходит милиционер и спрашивает: Федор Неодимович, у вас случайно нет тела Никиты Аристофановича?

     Федор Неодимович говорит:

     — Есть.

     Тогда милиционер говорит:

     — А давайте меняться. Вы мне тело Никиты Аристофановича, а я вам пистолет за него дам.

     Федор Неодимович говорит:

     — А мне пистолет не надо. Я уже застрелился.

     Милиционер говорит:

     — Вот ведь проза будней какая.

     Расстроился — и посадил Федора Неодимовича.

     Посадил, а сам думает: а где я теперь тело возьму? Может, зря я Федора Неодимовича посадил? Надо было ему предложить на значок поменяться.

     Расстроился — и уехал в Австралию.

     Сидит Федор Неодимович, а Никита Аристархович специально мимо ходит и язык ему показывает. Ходил-ходил, а Федору Неодимовичу надоело сидеть, и он спрашивает:

     — А можно я встану?

     Ему отвечают:

     — Только учтите, Федор Неодимович, мы вас потом все равно снова посадим. Устав такой.

     Федор Неодимович дождался, пока снова Никита Аристархович мимо пойдет, встал, взял камень и кинул в Никиту Аристарховича. Камень раз — и в голову попал. И в голове стала дырка.

     — Вот, — говорит, — не будешь язык показывать.

     Вернулся Николай Михайлович домой, посмотрел в зеркало, и говорит:

     — Как же я теперь причесываться буду? И на работе меня не узнают.

     И правда, пришел Николай Михайлович на работу, а его никто не узнает. Говорят, предъявите пропуск. Николай Михайлович пропуск предъявляет, а сам думает: может, его хоть с пропуском пустят? А ему говорят:

     — Это не ваш пропуск. Здесь на фотографии Николай Михайлович, у него в голове дырки не было. А вот у вас в голове дырка есть. Так что мы вас, Федор Аристофанович, на работу не пустим.

     А забыли, что у Федора Аристофановича был скверный характер.

     Вот он и думает: а все равно на работу пойду. Пошел по улице, зашел в министерство, говорит, к вам на работу можно? А ему говорят, нам министра надо, нашего старого только что опять посадили. Федор Аристофанович говорит, ну ладно, хоть министром. Они говорят, а вы министром раньше работали? Федор Аристофанович говорит, нет. Зато, говорит, у меня дырка в голове. Все сбежались, поглядели, говорят, ничего, дырка большая, справится.

     Так Сергей Леопольдович и стал работать министром.

     А если что не так, — сами знаете, характер у него скверный.